+7 (495) 461-37-77     10:00 - 18:00

Г.К. ОРДЖОНИКИДЗЕ. ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ

Человек-легенда, первопроходец, бессмертие его имени в славных делах; силы, помыслы, сама жизнь – все во благо отечества. Какой-то петровский дух в деяниях Серго Орджоникидзе – Григория Константиновича Орджоникидзе, особенно в его деятельности на посту «командарма тяжелой промышленности» в незабываемые годы реконструкции экономики СССР.

Жизнь маленького Григория началась в горах Имеретии в Западной Грузии, в селе Гореша Шораианского уезда Кутаисской губернии. Он родился в семье грузинского дворянина Константина Орджоникидзе 12 (24) октября 1886 года. Семья, хоть и дворянского сословия, жила достаточно бедно. Константин Орджоникидзе часто уходил на заработки в Чиатуру, чтобы перевозкой на арбе марганцевой руды добывать средства к существованию.

У Серго рано умерла мать – Евпраксия Орджоникидзе. Григорий воспитывался в семье старшей сестры матери – Эки Тавзарашвили. Около года, когда ему исполнилось восемь лет, Серго проучился в церковно-приходской школе, после чего его забрал к себе родственник семьи Симон Георгиевич Орджоникидзе, учитель из мингрельского местечка Хобби. Серго продолжил учебу в харагоульском двухклассном училище. В мае 1896 года не стало отца, и мальчик продолжал жить у Симона Георгиевича, оставшись круглым сиротой. Когда Серго обучался в фельдшерской школе, он стал участником социал-демократического кружка, который возник в 1902 году. В семнадцать лет Серго Орджоникизде становится членом РСДРП. Он выполнял самые сложенные задания.

После второго съезда РСДРП он безоговорочно примкнул к большевикам. Во время Русско-японской войны Серго вместе с товарищами распространял листовки, вел агитацию против кровавой бойни. В 1904 году он познакомился с Камо (Тер-Петросяном) – бесстрашным революционером.

Выступая на похоронах Камо в 1922 году, он вспоминал о том, как Камо учил его бороться за интересы пролетариата. После окончания фельдшерской школы, Серго вернулся в родные края, где окунулся в революционную работу. Гадаутские большевики, руководимые Серго Орджоникидзе, готовили местных рабочих и крестьян к вооруженной борьбе с царизмом, добывали оружие, подвергались арестам.

Когда много лет спустя, в сентябре 1931 года, Серго Орджоникидзе заполнял анкету при вступлении в Общество старых большевиков, он написал, что до 1905 года учился, потом несколько месяцев служил фельдшером, остальные годы был «партпрофессионалом».

Серго Орджоникидзе участвовал в Первой русской революции в Закавказье, был членом Бакинской организации РСДРП (б). За его плечами аресты, тюрьмы в Баку и Сухуми, побег из Сибири, куда был сослан на вечное поселение; Персия, Париж, учение в ленинской партийной школе в Лонжюмо; избрание в состав ЦК и русского бюро ЦК РСДРП (б); снова арест – уже в Петербурге, приговор 3 года каторги, которую отбывал в Шлиссельбургской крепости, ссылка в Якутск, где работал врачом… Г.К. Орджоникидзе - активный участник октябрьской революции 1917 года.

В годы гражданской войны занимал руководящие посты в армии. В определенные годы был членом ЦК партии, в 1926-1930 годы – председатель ЦКК ВКП (б), нарком РКИ, зам. председателя СНК СССР, в 1930-1937 годы – член Политбюро ЦК ВКП (б).  Вся его жизнь была служением стране.

Являясь выдающимся организатором хозяйственного строительства, Г.К Орджоникидзе, сыграл огромную роль в осуществлении индустриализации страны, в использовании ее природных богатств, укреплении и развитии минерально-сырьевой базы.

В 1930 г. Орджоникидзе назначили председателем Высшего Совета Народного Хозяйства СССР, а через два года он стал наркомом тяжелой промышленности, работа в ВСНХ для него была продолжением ранее начатого.

При нем в стране уже на первом же этапе появилось 518 новых заводов — Кузнецк, Магнитка, Запорожсталь, Азовсталь, Тульский, Криворожский, Тагильский металлургические, Горьковский автомобильный, Харьковский тракторный, Зестафонский ферросплавный, Березниковский химический, Московский подшипниковый и другие  предприятия.     

Плоды работы Орджоникидзе – заводы-гиганты – появлялись всюду: и в центре страны, и на самых дальних окраинах, и во всех национальных республиках. Государство, которое недавно вынуждено было ввозить из-за границы самые обыкновенные железные конструкции и расплачиваться за железо золотом, уже получило собственные автомобили, тракторы, моторы. СССР строил блюминги, самолеты, турбины, у нас появились свои отечественные азот, синтетический каучук, редкие сплавы, алюминий, особо точные приборы. По производству тракторов СССР вышел на первое месте в мире. По выплавке чугуна — на второе. По производству электроэнергии, стали, грузовых автомобилей — на третье. Для того чтобы увеличить выплавку чугуна вдвое, с пяти до десяти миллионов тонн в год, Германии понадобилось 10 лет, Соединенным Штатам — 15, Англии — 36 лет. В Советском Союзе задача решена за неполных четыре года. 

После прихода  Орджоникидзе в ВСНХ, он на первое же совещание пригласил специалистов: крупных геологов и металлургов, академиков А.П. Карпинского, А.Д. Архангельского, И.М. Губкина, М.А Павловского, А.Е. Федоровского и других. В центре внимания совещания были вопросы разведки недр. 

Г.К Орджоникидзе уделял много внимания организации геологического дела. Характерным в этом отношении было его выступление об организации поисковых работ на редкие металлы. Выступая в Наркомтяжпроме на совещании работников промышленности  редких металлов 26 февраля 1936 года, он поставил перед геологами-разведчиками задачи, направленные на выполнении требовании правительства - знать богатства наших земных недр.

Он считал, что надо заниматься разведкой и добычей, надо иметь хороших, преданных делу инженеров, рабочих, обеспечивать их хорошим жалованием.

Г.К. Орджоникидзе  глубоко разбирался в самых различных вопросах минерально-сырьевой базой страны. Так, например, он обязывал работников золотодобывающей промышленности обращать внимание на механизацию разведочных проходок, проводить жесткую концентрацию выработок, добиваясь максимального выявления каждого введенного в план разведок объекта. Он считал, что необходимо поставить геологов и горняков в особые благоприятные условия. Ведь успехи в создании минерально-сырьевой базы СССР прямо зависели от кадров.    

Однажды во время приема руководителей и профессоров Ленинградского индустриального института он вдруг спросил: "А правда ли, что вы, профессора, стесняетесь как следует проверять знания студентов, делаете им поблажки за их пролетарское происхождение?" Последовал ответ: "Да, доля правды в этом есть". Нарком показал им диаграммы работы металлургических заводов. Одни заводы сильно лихорадило, другие работали ровнее. Техника одна, а люди, кадры везде разные, объяснял Григорий Константинович. Нам нужны не всякие, а хорошие специалисты, пояснил он свою мысль; поэтому от студентов надо требовать глубоких, а не поверхностных знаний. Прощаясь, он напутствовал: "Главное - борьба за высокое качество подготовки".

Однако нарком был убежден, что и хорошо подготовленный молодой специалист должен пройти школу на производстве, причем начиная с самых низов. "Вы думаете, - говорил он на совещании инженерно-технических работников Луганского паровозостроительного завода им. Октябрьской революции, - что как окончил инженер институт, он все может делать? Неверно. Пускай поработает рабочим,.. научится - спасибо будет говорить, что вы из него инженера сделали".

Очень внимательно относился Серго и к молодежи. Он верил в ее энтузиазм, настойчивость, способность справиться с трудными задачами индустриализации.

Молодость рабочих и специалистов, отсутствие у них производственного опыта, недостаточная квалификация были факторами, затруднявшими освоение новой техники.   Но в то же время на молодежь не влияли старые представления, отжившие производственные традиции. И в этом была ее сила. Размышляя о причинах неудач в работе реконструированного Луганского паровозостроительного завода, имевшего давно сложившийся коллектив с небольшим удельным весом молодежи, Орджоникидзе заметил: "Молодости этому заводу не хватает".

Будучи наркомом тяжелой промышленности, он серьезное внимание уделял высшему техническому образованию.  На первое место выдвигал необходимость совершенствования учебного процесса, контроль о качествах выпускаемых специалистов. В учебных заведениях, согласно приказу Г.К. Орджоникидзе, создавались бюро связи с молодыми специалистами. Это давало возможность оказывать выпускникам помощь, а учебным заведениям совершенствовать методику обучения. В конце 20-х – начале 30-х годов проходила реорганизация старых вузов, создавались новые.  Решением ВСНХ Московская горная академия была преобразована в 6 самостоятельных вузов. Московский Геологоразведочные институт (МГРИ) на основании Постановления Президиума ВЦИК РСФСР от 20 февраля 1932 года, приказом по Народному комиссариату тяжелой промышленности СССР от 23 марта 1932 года, был переименован в Московский Геологоразведочный  институт им. Серго-Орджоникидзе.

Российский Государственный Геологоразведочный университет им. Серго- Орджоникидзе  хранит в памяти своей истории тот факт, что Г.К. Орджоникидзе отменил Приказ о слиянии МГРИ с Московским горным институтом – Приказ №715 по Наркомтяжпрому от 20 октября 1932 года. По сути, это второе рождение МГРИ.

Георгия Константиновича не стало в 1937 году. Он был искренним и верным товарищем, демократичным,  нетерпимым ко лжи и фальши. В годы революционной деятельности в жандармских сводках у него был псевдоним «Прямой», за несгибаемость.

Орджоникидзе был сильнейшим организатором. Его называли командармом тяжелой индустрии. СССР в 1932 году по валовой  продукции промышленности вышел на 2-е место в мире, и на 1-е место в Европе. В этом тоже огромная заслуга Г.К. Орджоникидзе. «Сердце не выдержало»- такова официальная версия смерти несгибаемого Серго. Все без отдачи Родине – кредо Человека с большой буквы, чье имя носит наш университет.